Пример для Алонсо: как 27 лет назад немолодой экс-чемпион Формулы 1 в третий раз пришел в Williams

Пример для Алонсо: как 27 лет назад немолодой экс-чемпион Формулы 1 в третий раз пришел в Williams

Хотя еще древние мудрецы подмечали, что нельзя дважды войти в одну реку, пилоты Формулы 1 проделывают это с завидной регулярностью. Покинув команду, они проводят какое-то время в составе соперников, но потом, бывает, возвращаются. Иногда и не один раз. Все мы помним, как Даниил Квят трижды оказывался в составе Toro Rosso: в момент дебюта Ф1, после увольнения из состава Red Bull – и наконец, два года назад после года, проведенного вне гонок в роли тест-пилота Ferrari.

И вот – героем очередного «третьего пришествия» становится Фернандо Алонсо. Впрочем, история испанца стоит особняком: ведь речь идет о чемпионе мира – и возвращается он в команду, которая сделала ему чемпионом.

Алонсо впервые присоединился к команде Renault в 2002 году в роли тест-пилота, после чего четыре сезона отгонял в основном составе коллектива, завоевав титулы в 2005 и 2006 годах. Громкий переход в McLaren не оправдал себя: за рулем самой быстрой машины чемпионата Алонсо и титула не завоевал, и не смог ужиться с амбициозным новичком Льюисом Хэмилтоном. Испанец вернулся в Renault еще на два года (2008 и 2009), но они запомнились прежде всего скандалом в Сингапуре.

Есть ли в истории Формулы 1 другие примеры, чтобы чемпион мира дважды возвращался в одну и ту же команду? Есть – история взаимоотношений Найджела Мэнселла и команды Williams.

Найджела Мэнселла для Формулы 1 открыл легендарный босс Lotus Колин Чепмен. Однако в итоге сотрудничество Мэнселла и знаменитой команды вышло противоречивым.

Чепмен, с которым молодой пилот быстро нашел общий язык, умер через два года после прихода Найджела в команду – а с заменившим его Питером Уорром отношения у гонщика не сложились. Новый менеджер порой откровенно третировал Мэнселла – но уволить того не мог: титульный спонсор требовал иметь в составе британца, а других талантливых и свободных гонщиков с Туманного Альбиона на горизонте не было. Мэнселл обвинял Уорра в провалах на ряде гонок (за четыре сезона в Lotus англичанин ни разу не смог финишировать выше 3-го места) – но до поры не имел вариантов лучше. Так и жили еще два сезона после смерти Чепмена, скрипя зубами друг на друга.

Зато перед сезоном 1985 года Найджела позвали в свой состав сразу две команды, Arrows и Williams. И Мэнселл, поразмыслив, принял приглашение Фрэнка Уильямса.

Так началась новая страница карьеры гонщика. Оказалось, что он сделал правильный выбор – машины Williams (не в последнюю очередь благодаря турбомоторам Honda, которыми в тот момент команда пользовалась эксклюзивно) вскоре стали быстрейшими в Формуле 1. Уже в 1985 году британец сначала открыл счет победам, а затем два года боролся за титул чемпиона. Правда, оба раза ему не хватало самой малости, чтобы стать сильнейшим, но это – тема отдельной истории. Так или иначе, именно сотрудничество с Williams сделало топ-пилотом. Если в момент подписания контракта с командой из Гроува британец был не более чем подающим надежды, к 1988 году Найджел уже считался гонщиком одного калибра с трехкратными чемпионами Пике и Простом.

А затем все рухнуло: Рон Деннис уговорил Honda порвать отношения с Williams и начать поставлять свои прекрасные моторы McLaren. На чемпионат 1988 года Фрэнк смог найти только движки Judd, не позволявшие рассчитывать на что-то серьезное.

Вдобавок к недостаточной мощности, надежность Judd оказалась ниже всякой критики. Мэнселл оказался в середине пелотона и всего дважды за сезон смог доехать до финиша (что интересно, оба раза на втором месте). Летом он умудрился еще и подхватить ветряную оспу, которая дополнила общий негатив.

Потому никого не удивило, когда осенью о контракте с Найджелом объявила Ferrari. По ходу первого сезона за рулем красного болида Мэнселл уверенно опередил своего партнера по команде Герхарда Бергера. Но зимой на место австрийца пришел Ален Прост. Мэнселл же уже вступил в ту стадию карьеры, когда ему было не все равно, с кем делить боксы. Тема была для британца болезненной: еще в Lotus он проигрывал Элио де Анджелису, а в Williams не смог переиграть Нельсона Пике. Переход в Скудерию, казалось, подтвердил его статус первого пилота – но с появлением Проста статус лидера вновь ускользал от Найджела.

В 1990-м британец выдал несколько ярких гонок, был очень хорош в квалификациях… Вот только Профессор, выступая пусть и не столь зрелищно, боролся с Сенной за титул. По очкам он переиграл Мэнселла практически вдвое. И Найджел, которому было уже 37 лет, объявил о завершении карьеры. Но вскоре передумал.

Williams в этот момент вновь оживал после очередного провала – и вновь с помощью нового поставщика моторов. На болидах коллектива стояли двигатели Renault, прогресс которых был очевиден – его в паддоке отмечали буквально все. Было вполне вероятно, что очень скоро Williams начнет навязывать борьбу доминирующей McLaren – а для этого неплохих пилотов, тогда выступавших за команду Фрэнку Уильямса, было уже мало. И Фрэнк предложил контракт своему бывшему пилоту.

По этому контракту Найджел должен бы зарабатывать 4,6 млн фунтов в год. Конечно, это не нынешние 40 миллионов сэра Льюиса – но в 1991 году эти деньги делали Мэнселла самым высокооплачиваемым спортсменом страны. Вдобавок Найджелу впервые за карьеру предоставили право выбирать напарника.

Во второй раз ударив по рукам с Williams, пилот опять не прогадал. В первый сезон после возвращения он уступил титул Сенне – но все же выиграл пять Гран При (против одного в составе Ferrari в предыдущем сезоне). А годом позже преимущество Williams стало просто неприличным: за рулем болида со знаменитой красной пятеркой на носу Найджел выиграл 14 квалификаций и 9 гонок (из 16). Долгожданный (на 13-й сезон выступлений в Ф1) титул он гарантировал себе уже к середине лета.

Но радость гонщика оказалась с грустным привкусом. Форма Williams сделала команду притягательной для лучших из лучших. В нее захотели попасть Айртон Сенна и Ален Прост. Француз успел первым.

Каким получился бы итог потенциального противостояния с Профессором в сезоне-93, Мэнселл легко мог догадаться по совместным выступлениям за Ferrari. Британец громко хлопнул дверью, на прощание обвинив команду в неумении держать слово – и уехал в американский IndyCar.

Там его сезон в составе Newman/Haas Racing получился триумфальным: принес пять побед и титул чемпиона. Казалось бы, подобно многим до него, Найджел сможет окончательно проститься с Ф1 и открыть новую страницу карьеры за океаном.

Но реальность оказалось совсем иной.

Пока Мэнселл блистал в IndyCar, в Формуле 1 дела развивались своим чередом. К лету 1994 года Прост, выигравший в составе Williams свой последний титул, завершил свою карьеру. А сменивший его Сенна провел за команду из Гроува всего три гонки – и третья из них, Гран При Сан-Марино в Имоле, унесла жизнь Айртона.

Команда оказалась перед необходимостью искать замену бразильцу по ходу сезона. Машину поначалу доверили юному тест-пилоту Дэвиду Култхарду, но тут в дело вмешалась большая политика.

Трагическая весна 1994 года, ознаменовавшаяся двумя смертями и еще несколькими серьезными происшествиями, серьезно ударила по имиджу всей Формулы 1. Берни Экклстоуну обязательно нужно было переключить внимание на борьбу звезд спорта на трассах Гран При – но полноценных звезд-то в пелотоне и не осталось. Впервые за многие годы на старте не осталось ни одного чемпиона мира. И при посредничестве босса Ф1 Уильямс начал новые переговоры с Мэнселлом.

Надо сказать, что сезон-94 неожиданно оказался для того сложным. Машина Newman/Haas ехала уже не так быстро, а сам британец избрал неверную линию поведения в общении с прессой, в результате чего настроил против себя многих в паддоке – включая живую легенду Марио Андретти, который публично заявил о неуважении к Найджелу (хотя являлся его напарником).

Понимая, что после такого история его отношения с IndyCar едва ли продолжится, Мэнселл согласился в третий раз прийти в Williams. Однако контракт не позволял ему пропускать гонки в Америке. В итоге ветеран смог выступить летом на Гран При Франции, а затем стартовать в трех финальных этапах сезона. К слову, его гонорар составил 900 тысяч фунтов за гонку (лидер команды Дэймон Хилл получал 300 тысяч за весь сезон). Если бы по таким расценкам Найджел выступал в начале девяностых, он бы получал за год 14,5 млн фунтов вместо ранее озвученных нами 4,5.

Было видно, что лучшие годы Найджела уже позади, однако и к началу пятого десятка он сохранил неплохую скорость. В первой после возвращения квалификации британец уступил своему напарнику меньше одной десятой, а когда на финальном этапе в Австралии Хилл столкнулся со своим принципиальным соперником Михаэлем Шумахером в борьбе за титул, именно Мэнселл стал победителем гонки.

Однако, по большому счету, идея Экклстоун с привлечением звездного пилота не оправдала себя. К осени 1994 года в чемпионате столько всего случилось, что отсутствие титулов у Шумахера и Хилла никак не сказывалось ни на ожесточенности борьбы, ни на внимание зрителей к ней. Немец, выигравший 6 гонок из 7-ми в начале сезона, потом потерял множество очков из-за поломок и судейских наказаний – и это затянуло интригу в чемпионате весьма туго. И даже если Мэнселл вдруг оказался бы гораздо быстрее Дэймона и Михаэля, статус главного героя ему все равно не светил – в трех последних гонках главной задачей британца все равно была бы поддержка напарника. А при выборе пилота на следующий сезон Williams по понятным причинам предпочел 41-летнему Мэнселлу 23-летнего Култхарда.

Так или иначе, на Гран При Австралии британский экс-чемпион поднялся на вершину подуима в возрасте 41 года и 3 месяцев. С тех все победы в Ф1 доставались только тем, кто еще не перешаглул рубеж 40-летия. Может, Фернандо Алонсо использует свое третье пришествие, чтобы подправить эту статистику?

Разумеется, Мэнселл и Алонсо – далеко не единственные пилоты Ф1, кто дважды уходил из команды и возвращался назад. Ниже вы найдете подборку похожих случаев (справедливости ради, чемпионами мира никто из попавших в нее гонщиков не является):

Источник